В суде началось рассмотрение нового уголовного дела об убийстве вице-мэра Игоря Белякова. В процессе участвуют знакомые лица из криминального «сериала» про разгром «группировки киллеров» Александра Трунова. Обвинение непривычно толкует некоторые события 25-летней давности.
Известие о том, что правоохранительные органы вновь взялись за расследование дела о заказном убийстве Белякова, давно считавшегося раскрытым, вызвало большой интерес в истеблишменте. В 2006 году Александра Каталицкого нашли и осудили на 14 лет, как исполнителя преступления: поначалу он дал признательные показания, но впоследствии утверждал, что сделал это под угрозами. Заказчика установить не удалось. В итоге Каталицкому пришлось отмотать весь срок. теперь он, по-видимому, может претендовать на компенсацию. А на скамье подсудимых новые обвиняемые. Следствие считает заказчиком преступления бывшего лидера организованного преступного сообщества Александра Трунова, отбывающего 22-летний срок. Исполнителем якобы выступил один из «труновских» киллеров Сергей Комарницкий.
Следователи рассчитывали в рамках расследования разобраться с ещё одним давно зависшим громким делом — убийством вице-мэра Валерия Марьясова. Но в этой части свести концы с концами не удалось. По крайней мере, пока. Ситуация может измениться при появлении соответствующих показаний. Таких, какие проявились в новом деле по Белякову.
Когда вице-мэра застрелили в августе 2001 года, версия о связи преступления с событиями на Гусинобродской барахолке была ключевой. Гадали лишь, кто именно решился на заказ политического убийства, вызвавшего резонанс даже на федеральном уровне. Бывший член ОПС Ринат Ганеев заключил сделку со следствием и рассказал, что заказчиком резонансного убийства якобы был сам Трунов.
Тут не обойтись без короткого экскурса в историю. На барахолке крутились большие потоки наличных денег. Торговля велась на муниципальной земле, но в бюджет города попадало не много. Ставший в 2000 году вице-мэром бывший бизнесмен Беляков взялся изменить этот расклад. Он инициировал ликвидацию МУП «Вещевой рынок», контролировавшее крупнейшую часть барахолки, с последующей передачей функций и имущества в подконтрольное мэрии АО «Гусинобродское». МУП во главе с депутатом облсовета Николаем Зубёхиным организовал юридическое сопротивление. В отношении Белякова возбудили 6 разнообразных уголовных дел, заполнив его будни многочисленными допросами. С весны 2001 года на страницах местной прессы, в зале заседаний облсовета, в судах и правоохранительных структурах шла позиционная борьба сторонников и противников реформы барахолки. Убийство Белякова не остановило процесс: к конце года МУП было ликвидировано, а «Гусинобродское» увеличило поступления в бюджет от аренды под контейнеры.
Сейчас в новом обвинительном заключении говорится, что Беляков якобы обещал Трунову ввести представителей преступного сообщества в состав акционеров «Гусинобродского», чтобы они могли получать официальный доход от коммерческой деятельности. Интересно, как бы ему такое удалось. Впрочем, далее Трунову и его сподвижнику Анатолию Радченко якобы стало известно, что АО будет полностью принадлежать мэрии. В ОПС решили, что реформа барахолки может лишить их всякого дохода с рынков. Кроме того, Радченко якобы хотел отомстить Белякову за некое публичное унижение. Так сложился заказ, исполненный киллером Сергеем Комарницким при подстраховке Виталия Зайцева. За убийство участником заплатили 40 тысяч долларов, из которых 10 якобы забрал Радченко.
В суде прозвучало утверждение, будто отслеживать маршрут чиновника для совершения убийства банда начала ещё в марте 2001 года. Полбеды в том, что тогда ещё даже не было создано «Гусинобродское». Но выходит, что слежка заняла почти полгода? Также удивил нюанс, что якобы сразу после расстрела чиновника из «Калашникова» на месте преступления появились Радченко и его друг Александр Солодкин-младший. Якобы они изъяли мобильный телефон убитого и прошерстили бумаги в его портфеле. Такое сложно себе представить. На место преступления быстро съехался почти весь милицейский генералитет. Вряд ли у каких-то частных лиц был шанс вмешаться в процесс.
Но фамилии Радченко и Солодкина-младшего звучат в суде не просто так. По-видимому, их тоже ждут новые уголовные страницы. Первого в 2019 году осудили на 24 года колонии. Второй уже давно отсидел своё и живёт в Израиле.
Громкие уголовные дела против Трунова и Солодкиных об участии в ОПС объединял общий знаменатель — показания бывших членов группировки, тесно сотрудничавших с полицейскими из Оперативно-розыскного бюро МВД по Сибирскому федеральному округу. В том числе, показания давали и братья Ганеевы. Напрашивается вопрос: а почему в состав сделок с правосудием 15-летней давности во время разгрома ОПС Трунова не входили показания о роли сообщества в убийстве Белякова? Без вины осужденному Каталицкому не пришлось бы полностью отсуживать свой срок. К слову — Трунов настаивает на своей невиновности, а показания Ганеева объясняет стремлением последнего сохранить свободу.
