Суд над неудачливым концессионером Отто Сопроненко может прояснить интригу, при чьей поддержке в Новосибирске был запущен спорный проект по строительству 6 школ. Шансы вернуть в бюджет 3 млрд рублей, потраченных во время стройки, остаются иллюзорными.
Старт процесса в Центральном суде прошёл в публичном формате, и у Сопроненко, арестованного ещё в мае 2024 года, появилась возможность публично высказать свои аргументы о несогласии с позицией следствия. Обвинение считает, что у предпринимателя не было намерения строить школы, в действительности концессия была лишь схемой для хищения. Правда, тут же, в обвинительном заключении, прокурор указывает, что стоимость закупленных материалов для строительства образовательных учреждений была завышенной. То есть, строить всё-таки собирались. По крайней мере, работы на площадках будущих школ были развёрнуты.
По-честному говоря, детали уголовного кейса Сопроненко больше интересны истеблишменту, чем родителям, озабоченным доступными местами в школах для своих чад. Обыватели всё решили до суда, заполнив городские форумы комментариями в таком духе, что москвич хотел по-лёгкому срубить бюджетного бабла, а теперь ему светит кича — и поделом. Предприниматель с презумпцией своей виновности категорически не согласен. В суде Сопроненко заявил, что бы исполнен искренним намерением построить 6 школ в Новосибирске — ведь ранее он уже построил 12 в разных регионах. Собственно, опыт возведения образовательных учреждений по концессии и стал силой, двинувшей проект к воплощению.
Предыстория в суде прозвучала скупо: якобы от имени одного из юрлиц Группы компаний «Просвещение» губернатору Новосибирской области Андрею Травникову было направлено письмо о готовности запроектировать, построить и эксплуатировать школы по концессии. А дальше дело как по маслу пошло. Но все, кто следит за политическими процессами, помнят, что на самом деле проект запускался отнюдь не гладко. Так называемая «школьная концессия» встретила мощное сопротивление в Законодательном собрании. И правительству пришлось прилагать недюжинные усилия, чтобы убедить депутатов снять вопросы к проекту.
Далеко не каждая инициатива могла бы рассчитывать на столь дружную и деятельную поддержку высокопоставленных чиновников. Официально объяснялось, что затея «Просвещения» экономически выгодна для региона: можно быстро снять остроту проблемы нехватки мест в школах Новосибирска ценой довольно скромных вложений при федеральной поддержке. Неофициально ходили намёки на федеральную «крышу» концессионера. Развитие событий ставит вопрос — либо последнее суждение оказалось полной пустышкой, либо после возбуждения уголовного дела о мошенничестве «крыша» отъехала от Сопроненко.
Интересно, что на первом заседании суда не было ни слова о поддержке правительства ни от обвинения, ни от защиты. Сопроненко обвинил чиновников в проволочках, в конечном счёте сорвавших проект. В рамках затянувшегося строительства школ концессионер успел освоить более 3 млрд бюджетных рублей. Следствие считает эту сумму полностью похищенной. По словам Сопроненко, эти обвинения абсурдны, поскольку на стройплощадках были развёрнуты работы, а под проект бизнесмен привлёк 8 млрд рублей под льготную ставку 8,5% годовых.
После ареста Сопроненко в мае 2024 года работы на объектах остановились. Позже эксперты Минстроя выяснили, что от концессионера им достались «недострои Шрёдингера», которые вроде бы есть, но в то же время их фактически нет. Фундаменты, сделанные под будущие школы, оказались непригодными, и в рамках перезапуска «школьной концессии» правительству пришлось демонтировать построенное прежде, чем подступаться к возведению объектов заново. Так что вроде бы освоение средств на объектах действительно имело место быть. Рыли котлованы, закупали бетон и арматуру, выполняли работы — но всё без толку.
Уголовное дело против Сопроненко преследует одной из целей возврат денег в бюджет. Если бы у предпринимателя были возможность и желание закрыть ущерб ради смягчения участи, скорее всего, он бы это сделал ещё во время пребывания в СИЗО. Сейчас он под домашним арестом, и хотел бы добиться смягчения меры до запрета определенных действий, чтобы вернуться к работе, но пока суд против. И даже будь у Сопроненко влиятельная «группа поддержки» в Москве, закрыть вопрос ценой 3 млрд одной доброй волей было бы по нынешнему времени очень дорого. Поэтому процесс будет идти до конца, параллельно попыткам всё же построить концессионные школы уже под полным контролем правительства.
