Публичные слушания по изменению Генплана Новосибирска подсветили острейшую проблему, сдерживающую развитие города — позиция меньшинства, проживающего в частном секторе и малоэтажных бараках, может тормозить жилищную и инфраструктурную реновацию.
6 ноября на слушаниях в администрации Октябрьского района было многолюдно. Обсудить новеллы в Генплане пришли более 300 человек. Как будто бы, это очень много. Возможно, даже рекорд для подобных мероприятий. Но относительно общего числа горожан это смехотворно мало. Даже на статистическую погрешность не тянет. Тем не менее, сплоченное и шумное ядро из десятка новосибирцев может поставить под сомнение выводы экспертов и навязать своё решение, влияющее на качество жизни десятков тысяч соседей.
Интерес к нынешним слушаниям был изрядно разогрет спорами вокруг реализации проектов компании «Элтекс» в Сосновом бору. Участникам предстояло обсудить возможность возведения научных объектов в рекреационных зонах. Как известно, ряд активистов мобилизовали общественность на протесты против строительства нового производственного корпуса и спортивного центра в границах бора. Споры продолжились и на слушаниях — к этой теме возвращались на протяжении почти всего собрания, занявшего пять часов.
За хайпом вокруг Соснового бора на втором плане остался ряд дискуссий о судьбе других локаций, связанных общим знаменателем — сопротивлением переменам. Несколько лет жители разных участков, зонированных для реализации проектов комплексного развития территории, выступают против КРТ. Мотив простой: жители частного сектора и построенных в незапамятные времена ветхих двухэтажек активно сопротивляются перспективам реновации. В «частниках» встречаются приличные современные дома. Во многих случаях они красуются на фоне развалюх. Из ветхих двухэтажек далеко не все официально признаны аварийными. Но количество де-факто аварийных домов в Новосибирске может идти на тысячи. То крыша провалится, то лестница — в таких бараках опасно жить, не до удобств.
По букве закона, власти должны за счёт бюджета расселять аварийные дома. Но таким путём проблема уйдёт в бесконечность, денег не хватит. Частные застройщики могли бы вкладывать большие средства в расселение через проекты КРТ. Земли для новых девелоперских проектов не хватает, и реновация застроенных территорий могла бы дать необходимый ресурс.
Казалось бы, соседи должны в едином порыве стремиться к реновации. На деле же выходит, что кто-то готов к переезду, а кто-то нет. Из-за этого девелоперские проекты или существенно затягиваются, теряя доходность из-за дорогих кредитов, или же становятся попросту неосуществимы. Поэтому застройщики охотней покупают промплощадки под жильё. А проблема аварийного и ветхого жилого фонда остаётся без решения. Точно также остаются без перспектив реновации территории частного сектора. Нет вопросов, когда речь про окраины. Но эта же картина наблюдается и в центральных районах города. Неэффективно и неприглядно.
Слушания подсветили ещё одну проблему, опять же связанную, в первую очередь, с частным сектором. Когда-то по застроенным территориям должны пройти новые магистрали, предусмотренные в Генплане. Немало городской территории предстоит буквально перелопатить для строительства новых линий метро. Понятно, что это перспектива не на ближайшие годы. Тем не менее, резервирование участков под перспективные проекты требует ограничений для домовладельцев уже сейчас, и последние, само собой, недовольны такими обстоятельствами. Но как справедливо прозвучало на слушаниях, без таких ограничений новые инфраструктурные объекты не будут построены никогда.
Владельцам недвижимости на участках, попадающих в перспективе под реновацию, нужно искать компромиссы по поводу продажи своих объектов городу или инвесторам. Как минимум часть из них набивает цену, ставя палки в колёса уже обозначенным инициативам. Хозяин — барин: покуда политическая воля властей к реализации проектов, требующих расселения, весьма избирательна, антагонистам грех этим н воспользоваться. При этом подавляющее большинство горожан, в душе не ведающее о публичных слушаниях, рискует остаться в заложниках у пассионариев, ведомых личными интересами под видом заботы об общем благе.
