Областной суд обязал мэрию Новосибирска вернуться к вопросу сроков расселения аварийного жилья на улице Малыгина, что может стать значимым прецедентом, создающим заметную нагрузку на бюджет и влияющим на географию развития территорий мегаполиса.
«Хилокский треугольник» — одна из самых проблемных точек Новосибирска. Местным жителям приходится мириться с тройным неудобством. Рядом Хилокский рынок с неблагоприятными сопутствующими явлениями, Левобережный мусорный полигон и Клещихинское кладбище. Основные проблемы доставляет соседство с рынком и свалкой. Жители улицы Малыгина за последние годы сумели добиться внушительного резонанса вокруг своих бедствий. В том числе, по линии Следственного комитета и через федеральные СМИ.
Казалось бы, век то и дело загорающегося полигона отмерен. Но год за годом срок службы свалки продляют и продляют. Это безальтернативное решение, поскольку новый мусороперерабатывающий завод в Левобережье будет построен неизвестно когда, а возить отходы из Ленинского и Кировского районов на Гусинобродский полигон оказалось очень дорого и долго. Поэтому и перспектива соседства со свалкой для жителей Малыгина остаётся неопределённо долгой. То же самое касается соседства с Хилокским рынком, который не столь сам по себе плох, сколько окружающая его несанкционированная и просто неблагоприятная торговля с общепитом, ориентированным преимущественно на мигрантов.
В 2022 году ряд домов на Малыгина были признаны аварийными. Мэрия постановила расселить их до 2036 года. Срок не устроил ни жителей, ни надзорные органы. После вмешательства прокуратуры чиновники сдвинули срок к 2031 году. Но прокуратура пошла в суд и в 2025 году и выиграла дело в двух инстанциях. Решение мэрии о сроках расселения домов 9, 13, 15, 19, 23 и 25/1 признано незаконным. Городская администрация должна ускорить процесс.
Бараков, подобных тем, что на Малыгина, в Новосибирске тысячи. Это ветхие дома с безобразными условиями существования. Расселять и сносить нужно все подчистую. Но цена вопроса не по плечу местным бюджетам. Официально в городе аварийными признаны менее 450 бараков. Фактически их гораздо больше. Но статус аварийности обязывает мэрию ускоряться с расселением. Чиновники в уязвимом положении. Если аварийный дом рухнет и жильцы пострадают — ответственность ляжет на власть.
Счёт аварийным домам идёт на сотни, а расселяемых бараков — на десятки. Бюджетные возможности для этих целей в прошлые годы были скудны, а сейчас и вовсе под сомнением. В этом контексте сам по себе иск прокуратуры в поддержку ускоренного расселения домов на Малыгина — тревожный для администрации симптом, а вступившее в силу решение суда — опасный прецедент. Подобные иски могут пойти и по другим территориям.
Если вывести за скобки бюджетные трудности, скорейшее расселение и снос аварийного жилья это безусловное благо для мегаполиса и его жителей. В рамках проектов комплексного развития территорий застройщики вместе с муниципалитетом расселяют бараки, освобождая место для соответствующих веку новостроек. И зачастую процесс освобождения буксует по разным причинам, в том числе из-за «потребительского экстремизма» отдельных собственников квартир, навязывающих неадекватные условия. Если бы прокуратура и граждане, стремящиеся к расселению, занимали бы более активную позицию на территориях под КРТ, процесс городской реновации пошёл бы быстрей и с более выраженной градостроительной пользой. Возводить новостройки на Малыгина вместо бараков в ближайшее десятилетие желающих не найдётся.
