Информационно-аналитическое агентство

Краткое содержание Сводки ЦДЖ №31 (444)

  • Политические риски заставляют искать альтернативы «мусорной» концессии

    Областные власти начали обсуждать возможность расторжения «мусорной» концессии. Проект компании «Экология-Новосибирск» застрял в тупике, и правительству нужно спешить с поиском альтернативы, чтобы уложиться в требования федерального закона.

    Концессионное соглашение с «Экологией-Новосибирск», предусматривающее строительство двух мусоросортировочных комплексов возле раздольного и Верх-Тулы мощностью 400 000 тонн в год каждый, было подписано в июле прошлого года. Уже тогда концессию критиковали депутаты и общественники, но более обсуждаемой темой в ту пору был проект строительства Центрального моста. К концу осени, когда разобрались с мостом, на первый план вышел рост тарифов на 15%. После того, как резкое повышение тарифов было отменено, с апреля нынешнего года «мусорная» концессия стала протестной темой номер один, сплотившей против себя общественников и политиков всего спектра, от несистемной оппозиции до партий власти.

    Претензий к условиям и обстоятельствам концессии столько, что каждый может выбрать свои, наиболее близкие основания для протестов. Это и недостаточно широкое освещение конкурса, из-за чего правительство заключило договор с единственным заявившимся участником. Это отсутствие предварительного обсуждения параметров концессии на 40 лет с законодательной властью. Это возможность увеличения тарифов на вывоз мусора на 200-300%. Это гарантии доходов концессионера за счёт бюджета области на 120 млрд рублей. Это угроза для экологии возле Раздольного и Верх-Тулы. Это противоречие требованиям Росавиации по размещению мусорных полигонов. Это приобретение американского оборудования в разгар санкционной войны. Это вопросы по технологии переработки с точки зрения её перспективности на 40 лет вперёд. Отдельный блок вопросов касается состоятельности компании «Экология-Новосибирск» и репутации её учредителей.

    В мае представители концессионера начали было выходить к депутатам, общественникам и СМИ с объяснениями своей позиции и расчётов. Но вскоре вышли из диалогов. То ли поняли, что исчерпывающие объяснения дать не получается, то ли столкнулись с финансовыми трудностями (напомним, «Экология-Новосибирск» планировала разместить летом облигационный займ на 1 млрд рублей для финансирования проекта, что было достаточно самонадеянно, учитывая скандальный резонанс вокруг концессии). Как бы там ни было, летом информационную повестку формировали противники концессии, анонсируя новые и новые поводы для беспокойства правительственных чиновников, утвердивших соглашение с «Экологией-Новосибирск». Заксобрание запланировало подробно рассмотреть вопрос о концессии на первой после каникул сессии в сентябре. А общественники, организовывавшие зимой массовые протесты против роста тарифов ЖКХ, наметили на 29 августа публичную научно-практическую конференцию «Мусорная концессия – за и против».

    Готовясь к обсуждениям, депутаты и общественники всё пристальней вглядываются в опубликованные параметры концессионного соглашения и финансовой модели проекта. На основании данных, представленных концессионером и правительством, депутат Вадим Агеенко, возглавляющий в заксобрании рабочую группу по «мусорной» концессии, рассчитал чистую прибыль «Экологии-Новосибирск» по двум вариантам, учитывающим разные цены на вторсырьё. По одному сценарию, прибыль концессионера будет в разные годы составлять от 3 до 4,8 млрд рублей в год. В общей сложности за 40 лет это составит 121,4 млрд рублей. По второму варианту годовая прибыль компании составит от 0,63 до 3,64 млрд в год; в общей сложности, 80,9 млрд рублей за 40 лет. Для коммерсантов это очень даже неплохо, на фоне того, что расходы концессионера на погашение кредита, процентов и эксплуатацию мусоросортировочных комплексов за 40 лет должны составить менее 5 млрд рублей. Для сравнения – чистая прибыль «СИБЭКО» в районе 1 млрд в год.

    Такие данные не могут оставлять равнодушными политиков и общественников. Поэтому из области экологии и экономики претензии к концессии переходят уже в политическую плоскость. Причём подозрения насчёт коррупции заинтересованных лиц звучат уже вполне официально, из уст депутатов. И всё идёт к тому, что заксобрание и горсовет в сентябре сформируют консолидированную позицию по концессии. И это не единственный повод для беспокойства команды губернатора. Концессию можно было бы попытаться оправдать необходимостью срочных решений для проблем с мусором. Но «Экология-Новосибирск» затягивает начало работ. А проблемы, тем временем, обостряются.

    Без объявления войны Росприроднадзор постановил закрыть с 3 августа Гусинобродский мусорный полигон, принимающий половину новосибирского мусора. Не секрет, что 3 из 4 действующих городских полигонов работают без лицензий, и их закрытие считалось вопросом времени, но никто из чиновников не думал, что время это настанет так быстро. Развитие событий ускорилось после Прямой линии с Владимиром Путиным: в июне Президент по жалобе жителей распорядился ликвидировать подмосковную свалку в Балашихе, а следом по всей стране пошли проверки соблюдения законодательства в сфере обращения отходов. К 2019 году Россия должна перейти на новую схему. Считалось, что Новосибирская область готова к преобразованиям благодаря соглашению с «Экологией-Новосибирск». А что делать, если концессия не выгорит?

    По сведениям ЦДЖ, руководство области с прошлой недели проводит закрытые совещания по вопросам возможных последствий расторжения концессии. Одно дело риск штрафных санкций. И совсем другое – каким образом всё-таки решать проблему утилизации мусора?

    Мэрия не стала закрывать Гусинобродскую свалку, иначе в городе появились бы предпосылки для экологической катастрофы. Росприроднадзор немедленно начал внеплановую проверку полигона, и понятно, что результатом станет новое предписание. Теперь стоит вопрос и по закрытию других городских полигонов, работающих без лицензии. Вполне вероятно, что к ситуации подключится прокуратура, а мэрия будет отбиваться в судах. Для областной власти есть соблазн свалить проблему на администрацию Анатолия Локтя. Но если мусор будет некуда вывозить, губернатору и правительству не избежать ответственности. За территориальную схему обращения с отходами федеральная власть будет спрашивать именно с регионов. 

    Поэтому сейчас наступает критический момент не только для того, чтобы избавиться от политических рисков «мусорной» концессии, но и срочно заняться поиском альтернативных проектов. При этом логично было бы начинать новый проект, покончив со старым. Ситуация выглядит так, что соглашение с «Экологией-Новосибирск» тянет губернатора и его команду на дно, и если не разобраться с этой проблемой самостоятельно, можно дождаться оргвыводов из Москвы: общественники и депутаты уже обсуждают вариант обратиться к Владимиру Путину с просьбой вмешаться в ситуацию.

  • Мина от УФАС в деле против Каширина

    В уголовном деле о мошенничестве при покупке хоккейной коробки на муниципальные деньги открылось важное обстоятельство: конкурс, который силовики считают липовым, был признан законным после разбирательства в УФАС.

    Директор МАУ «Центр зимних видов спорта» Константин Каширин остаётся под стражей. Сводка уже рассказывала, что очередное уголовное дело против муниципального работника обернулось нелестными комментариями для Анатолия Локтя в Национальном рейтинге мэров. Каширина обвиняют в мошенничестве на 2,2 млн рублей при проведении в 2016 году конкурса на поставку хоккейной коробки. Конкурсная комиссия утвердила цену закупки в размере 7,2 млн рублей. Именно за столько и продал коробку городу победитель конкурса – ООО «МаленГрупп» предпринимателя Максима Фишера.

    Мошенничество, по версии следователей было в том, что Фишер купил коробку в Барнауле за 5 млн. А указал ему на эту возможность Каширин. Таким образом, они могли совместно использовать разницу в 2,2 млн. Что даже соответствует действительности. Оба фигуранта дела признали факт согласованных действий. Только Каширин отказывается признаваться в мошенничестве. Чиновник утверждает, что ранее Фишер задолжал ему крупную сумму. Подсказав, как заработать на поставке коробки, Каширин помог должнику найти деньги для расчёта.

    С точки зрения этики история сомнительная. Хотя если бы Фишер заработал на перепродаже 2,2 млн без подсказки Каширина, к его доходу не было бы вопросов. Но есть сомнения и в части реального ущерба для бюджета. Ведь закупочную цену устанавливал не сам Каширин, а вышестоящие начальники из мэрии. И не было переплачено ни рубля. К качеству поставки претензий тоже нет.

    Кроме того, на ход расследования может повлиять позиция управления Федеральной антимонопольной службы по Новосибирской области. В марте 2016-го комиссия УФАС рассмотрела жалобу ООО «ИСК Маркетинг Закупок» на результаты конкурса, выигранного «МаленГрупп». На аукцион были поданы 4 заявки, но к участию была допущена лишь компания Фишера. «ИСК Маркетинг Закупок» добивалось отмены конкурса, но комиссия УФАС, изучив обстоятельства, в жалобе отказала. Аукцион был признан законным.

    Это серьёзный аргумент против позиции следствия, считающего, что конкурс был, по сути, подтасовкой. Обвинение заинтересовано в том, чтобы вердикт УФАС был отменён. Но добиться этого можно лишь через непростую процедуру, чреватую обидным провалом.

    Тем временем, становится актуальным ещё один вопрос, способный не менее судьбоносно повлиять на перспективы дела – признает ли мэрия себя потерпевшей? Или же мэр официально заявит об отсутствии ущерба от действий Каширина? Если ущерб не будет заявлен, дело может развалиться. У Локтя есть заинтересованность в таком раскладе. До сих пор правоохранительные органы последовательно и безапелляционно нагнетали вокруг него коррупционный фон. За взятки осуждены уже трое видных сподвижников Анатолия Евгеньевича из КПРФ – бывший мэр Бердска Илья Потапов, экс-глава МУП ЦУГАЭТ Арам Суварян, экс-глава управления науки и промышленности мэрии Николай Терехов. Если бы удалось прервать эту проигрышную серию, мэр мог бы рассчитывать на рост – не только в Национальном рейтинге, но и в глазах своей команды, обеспокоенной своей беззащитностью на фоне бездействия первого лица.

  • «Власть должна понимать, кого можно пускать работать на кладбище»

    Президент Владимир Путин дал правительству поручения по наведению порядка в ритуальной сфере, которые созвучны новосибирской программе «Долголетие кладбищ. Парки памяти», представленной в мае. Разработчик программы, директор МУП «Похоронный дом ИМИ», депутат городского Совета Сергей Бондаренко прокомментировал для ЦДЖ перспективы перемен в отрасли.

    — На этой неделе стало известно, что контрольное управление администрации Президента нынешней весной проверяло исполнение законодательства в ритуальной сфере – как раз тогда, когда у вас шла работа над новосибирской программой. Почему, на ваш взгляд, руководство страны озаботилось сейчас этими вопросами?

    — Я думаю, что важным звоночком стала прошлогодняя массовая драка на Хованском кладбище между работающими там представителями диаспор. Это случилось не где-нибудь, а в Москве. Резонанс получился на всю страну. Возможно, после этого контролирующие структуры начали проверять отрасль в целом.

    Многим кажется, что проблемы похоронной сферы – далеко не первостепенной важности. Но они очень сильно трогают за душу, когда с ними соприкасаешься лично. У меня ощущение, что кто-то из высшего звена государственного руководства непосредственно столкнулся с нарушениями в ритуальной сфере. У нас в городе так бывает. Например, когда родственник у кого-то из руководителей уходит. Если звонят мне, я стараюсь ограждать их от сопутствующих проблем. К ним не прибегают «чёрные агенты», им не приходится торговаться на кладбищах. Но иногда люди пытаются сами заниматься организацией. И получается так, что к высокому чину из МВД вваливается сразу пять агентов. Либо пока этот руководитель едет к родственникам, агенты успели туда уже до него, и потом приходится разбираться… В таких ситуациях у руководителей неизбежно возникает вопрос, что за безобразие творится в отрасли? Наконец, этот вопрос дозрел до политической реакции руководства страны.

    — Какие проблемы выделены в качестве основных?

    — Перед правительством поставили три очень актуальные задачи. В первую очередь, нет данных о состоянии кладбищ, количестве могил, информации об ответственных за содержание и уход лицах. То есть, необходима инвентаризация. Во-вторых, «чёрные агенты». Это общероссийская терминология, которая применяется исключительно по отношению к нелегальным и недобросовестным продавцам ритуальных услуг, которые незаконно покупают информацию, врываются в квартиры, навязывают услуги, не платят налоги.

    В-третьих, отсутствие единого гарантированного перечня ритуальных услуг. Гарантированный перечень – это благодарность государства человеку, который жил и честно работал на благо страны. Это минимальная стоимость похорон, которая должна гарантироваться каждому. Но на деле есть социальное пособие 6674 рубля 70 копеек, и есть гарантированный перечень, который в разных регионах достигает разной величины. В перечень входит четыре услуги. Это минимальные похороны с самым дешёвым гробом, самой скромной машиной и так далее. Стоимость их в Новосибирске примерно 16000 рублей. В Якутии этот перечень достигает 50000 рублей, в Москве 16000, в Санкт-Петербурге 22000. Так неправильно, потому что нет единого подхода по стоимости. Районный коэффициент должен учитываться, но базовые параметры нужно утверждать централизованно. Кроме того, не везде есть понимание источников финансирования для оплаты гарантированного перечня.

    — Как с этим обстоит дело в Новосибирске?

    — Нашему предприятию, оказывающему услуги по гарантированному перечню, их стоимость муниципалитет не возмещает. Получается, как руководитель муниципального предприятия, я не могу людям отказать в этой услуге. С другой стороны, полного возмещения нет: мы получаем лишь соцпособие на похороны, а на 10000 оказываем услуги за свой счёт. Раньше расходы возмещал Пенсионный фонд. А сейчас для специализированных служб усложнили ситуацию, вынуждая юлить перед клиентами. После поручений Президента, надеюсь, ситуация прояснится.

    — Какие основные общие моменты у вашей программы с поручениями Президента?

    — Есть моменты, которые совпадают полностью, есть, которые частично. В нашей программе чётко прописана необходимость инвентаризации кладбищ и составления единой базы данных. Непосредственно на кладбищах мы предлагаем установить информационные терминалы для граждан. А также сделать данные доступными в интернете. И не надо бояться «страшных» коммерсантов, никто ничего не захватит. Зато люди будут знать, какие места захоронений относятся к их семьям. И каждый сможет взвесить, а потянет ли он уход за могилами всех родственников? Можно будет сразу предлагать людям подсказки – переносить захоронения, или оформлять опекунство за могилами.

    Также очевидны параллели в вопросах содержания и развития кладбищенской инфраструктуры. В поручениях Президента не могут быть указаны конкретные решения для семейных захоронений, пантеонов, но…

    — Но зато говорится о возможности создания коммерческих кладбищ, что звучит даже более революционно. Видимо, речь идёт о попытке, таким образом, упорядочить платные услуги в отрасли – частично легализовать, частично формализовать?

    — Наша программа как раз и предлагает ряд решений, которые осуществимы на платной основе. Мы не просим деньги из бюджета. Надо искать форму, чтобы программа развивалась на долгосрочной основе, чтобы просматривалась перспектива благоустройства и культурного содержания кладбищ на десятилетия вперёд. Можно сдать кладбище в концессию, вложить частные средства в инфраструктуру. Можно регулировать цены на услуги – всё это обсуждаемые вопросы. Но за стол переговоров нужно усаживать людей, которые в этом что-то понимают. Самое страшное в этой теме – отсутствие профессионального подхода. В ритуальную сферу многие рвутся просто потому, что наслышаны о больших деньгах. Но профессионализм здесь – реинвестировать деньги обратно в отрасль. Забирать деньги с кладбищ преступно. Даже бандиты в лихие 90-е не приходили на кладбища за поборами.

    В нашей программе есть конкретная инициатива, созвучная поручениям Президента по поиску коммерческих путей для улучшения содержания кладбищ. Она касается развития инфраструктуры Заельцовского кладбища: отдать в концессию или долгосрочную аренду помещения цехов, создать там производственный блок, поставить образцы пантеонов, организовать зону кремации, чтобы дополнительно продвигать такую форму захоронения. В Германии 80% захоронений через кремацию. Это лучшая возможность формировать семейные захоронения. Причём в таком формате это позволяет хоронить бесплатно, как на собственной территории. У нас сейчас есть только термин «семейное захоронение», а фактически их нет. И люди не знают о такой возможности.

    — В поручениях Президента говорится о создании специализированных ритуальных служб. Намечено ли разграничение между участниками похоронного бизнеса и МКУ «Ритуальные услуги», на балансе которого сегодня городские кладбища?

    — Специализированные службы в данном случае это участники рынка, управляемые мэрией. Если у муниципалитета есть доля в уставном капитале субъекта порядка 10-20%, это достаточно для влияния. Растут активы – растёт доля муниципалитета. Что получается, когда клиенты сталкиваются с неспециализированной организацией, неподотчётной муниципалитету? Например, похоронная служба берет заказ, продаёт продукцию, осуществляет проводы и привозит гроб на кладбище. А дальше появляется представитель неспециализированной службы и выпрашивает деньги за то, чтобы опустить гроб и закопать могилу. А у клиентов уже нет денег. И что дальше? Выдёргивают фалы, забирают лопаты и уезжают. Родственники остаются с гробом – ни в могилу опустить, ни закопать… Зачастую непонятно, кто на кладбищах работает. Если бы это была специализированная служба, такого бы не было. И таких служб в городе может быть хоть пять, хоть десять – я, например, конкуренции не боюсь. Но власть должна понимать, кого можно пускать работать на кладбище, а кого нет. И те, кто останется в этом бизнесе, будут дорожить своим статусом. Или лицензией, если будет введено лицензирование.

    По федеральному закону №131 к функциям муниципалитета относится оказание ритуальных услуг и содержание кладбищ. Но не оказание коммерческих услуг на кладбищах. Для оказания таких услуг муниципалитет и должен создавать специализированные службы. Что же касается муниципального казённого учреждения «Ритуальные услуги», это держатель земли, который должен работать на содержание и благоустройство кладбищ. Это своеобразная канцелярия, которая должна заниматься инвентаризацией, оформлением документов, озеленением и охранять территорию. Коммерцию надо отодвинуть и быть арбитром.

    Поскольку сегодня ситуация выглядит иначе, помимо поручений Президента и нашей программы чиновникам приходится работать с представлением УФАС в адрес МКУ о приведении устава в соответствии закону. Потому что устав включает всё. И могилы копают за деньги, и ларьки в аренду сдают, пользуясь монопольным правом на хозяйственную деятельность у себя за забором. Это явное нарушение антимонопольного законодательства.

    — Одно из поручений – завершение работы над новым федеральным законом о ритуальной сфере. В чём сложности с его доработкой и принятием?

    — Мне нравится закон №8, изданный в 1996 году. Конечно, он консервативный, и уже не успевает за коммерческим развитием отрасли. Работа над новым идёт уже года три. К сожалению, к ней не привлечены эксперты из регионов. Инициативу взял на себя союз ритуальных организаций и крематориев из Санкт-Петербурга, но у них там своя история, отличная от всей России. На опыт одних лишь Москвы и Санкт-Петербурга ориентироваться нельзя.

    Главный провал в законе связан с «чёрными агентами». В 1996-м такого не было. Не было понятия о продаже информации, об использовании персональных данных. Не было необходимости инвентаризации кладбищ и индивидуальных мест захоронений. Но когда начинаем менять написанное в старом законе, возникают проблемы. Формулировки там правильные, менять сложно. Потому и работа так долго идёт. На мой взгляд, надо просто добавить то, чего не хватает. Вот, например, в части гарантированного перечня услуг в законе всё хорошо прописано. Надо лишь добавить понятные источники финансирования. Раньше, в 90-х, это казалось очевидным, сейчас нет. Поэтому по умолчанию во многих регионах соцпособие на похороны приравняли к гарантированному перечню. Так не должно быть, но нынешние чиновники, к сожалению, не знают, как было раньше.

    — Программа «Долголетие кладбищ. Парки памяти» была представлена в мэрии два месяца назад, но до сих пор не видно официальной реакции. Как думаете, инициатива администрации Президента ускорит продвижение вашей программы в новосибирском муниципалитете?

    — Необходимо, чтобы важность преобразований в ритуальной отрасли осознала вся цепочка руководителей, начиная от первого лица. Некоторые чиновники среднего уровня, познакомившись с программой, к сожалению, не увидели смысла в наших предложениях. Может быть, всё-таки у нас хватит мудрости, чтобы вернуться к этому вопросу, и тогда мы сможем двигаться дальше. После поручений Президента я думаю, что наши предложения в любом случае будут воплощены в жизнь. Но если начать работу на опережение, Новосибирск мог бы вновь занять лидерские позиции в ритуальной сфере России, как это было раньше. Ведь в своё время мы первыми подступались к инвентаризации, к составлению паспортов кладбищ. У нас есть всё, чтобы на сей раз справиться с этой и другими задачами. Надо лишь опираться на людей, которые разбираются в проблемах отрасли профессионально.

  • В конфликте вокруг Traveler’s Coffee новая реальность

    Вмешательство московских силовиков переломило ход войны за бренд Traveler’s Coffee. Управляющий новосибирской сети «Трэвелерс кофе» Евгений Михиенко арестован, бизнесмен Анвар Пириев близок к победе.

    31 июля 7-й арбитражный апелляционный суд опубликовал в полном объёме постановление по жалобе ООО «Трэвелерс кофе Москва» на решение новосибирского арбитража от 27 апреля. Московская компания через суд понуждала ООО «Кофейня на Красном» прекратить незаконное использование бренда Traveler’s Coffee, одного из самых узнаваемых на российском рынке общепита. Суд в Новосибирске отказал истцу. А вышестоящая инстанция жалобу удовлетворила. Решающим аргументом для решения стала позиция 9-го арбитражного апелляционного суда, 4 июля подтвердившего право ООО «Трэвелерс кофе Москва» на бренд. Как известно, вердикты апелляционных инстанций могут быть оспорены, но вступают в законную силу немедленно и обязательны к исполнению.

    Таким образом, одна из самых старых новосибирских кофеен Traveler’s на площади Калинина лишилась права на вывеску. Точнее, на право её использовать без договора с компанией Анвара Пириева. А 4 августа исполняющий обязанности генерального директора новосибирского ООО «Трэвелерс кофе» Евгений Михиенко был арестован в столице. В субботу 5 августа Никулинский суд Москвы по ходатайству следствия отправил топ-менеджера в СИЗО до 13 сентября.

    Сколько на самом деле Михиенко отсидит в заключении сейчас угадать сложно. Защита обжалует арест, мотивируя, что речь идёт о «предпринимательской» статье, за которую, по идее, нельзя лишать свободы на стадии расследования. Дело было возбуждено в апреле Следственным управлением по Западному административному округу ГУ МВД по Москве по двум статьям: 159 часть 4 (мошенничество, совершённое группой лиц либо в особо крупном размере) и 30 часть 3 (покушение на преступление). Поводом для возбуждения стала попытка хищения товарного знака Traveler’s Coffee у компании «Трэвелерс кофе Москва», совершённая, по версии следствия, не позднее 13 марта 2017 года. Речь идёт о подделке документов, из-за которой исключительное право на бренд якобы было передано от «Трэвелерс кофе Москва» к компании «Traveler’s Coffee International Ltd». Довести до конца преступный умысел не удалось из-за вмешательства Пириева. Тем не менее, обществу был нанесен ущерб на 6,3 млн рублей.

    После обысков и допросов, проведённых московскими следователями в Новосибирске, Михиенко жаловался в Следственный комитет РФ и в Генпрокуратуру на попытку рейдерского захвата бизнеса. И вскоре оказался за решёткой. Что это – заговор силовых ведомств? Или следствие сумело найти для суда действительно веские аргументы в пользу ареста топ-менеджера? В любом случае, это первый столь драматичный конфликт за бренд на ресторанном рынке. Сторонам – бывшим партнёрам – есть за что бороться. Это не только доли в компаниях, владеющих кофейнями, но и возможность успешно зарабатывать на франшизе, как в России, так и в сопредельных странах.

    Сеть кофеен была основана в 2002 году в Новосибирске Кристофером Тара-Брауном и Анваром Пириевым. Пять лет спустя основатели продали часть акций американским предпринимателям Питеру Шмиту, Иану Хейгу и Ричарду Хейнсворду, создавшим компанию «Traveler’s Coffee International Ltd». В 2015 году Пириев вышел из бизнеса, обменявшись с партнёрами долями в кофейнях и сохранив право на использование бренда. Однако бывшие партнёры попытались завладеть полным контролем над торговой маркой. Стороны обвиняли друг друга в неисполнении взаимных обязательств, попеременно добиваясь успехов в Роспатенте и в судах. Этой весной «Traveler’s Coffee International Ltd» удалось отсудить у ООО «Трэвелерс кофе Москва» права на бренд. Но, как уже было сказано выше, успех оказался временным. В июле вступило в законную силу решение, закрепляющее права на торговую марку за ООО «Трэвэлерс кофе Москва». А теперь ещё и под стражей Михиенко, представлявший интересы Traveler’s Coffee International.

    Ситуация выглядит так, что у Пириева на руках все козыри. Но не разбегутся ли франчайзи из-за столь ожесточённого конфликта за бренд? В комментарии для ЦДЖ Пириев заявил, что не видит рисков сокращения количества партнёров: несмотря на скандалы вокруг споров за правообладание, работа под зонтиком бренда остаётся выгодной. В последние недели «Трэвелерс кофе Москва» информирует всех участников сети о разрешении спора за право на бренд, настоятельно рекомендуя убедиться в законности оснований на его использование и перезаключить договор с легитимным правообладателем. В качестве примера приводится результат судебного спора с ООО «Кофейня на Красном». Развитие уголовного дела против Михиенко служит психологическим фактором, показывающим партнёрам, что даже худой мир с Пириевым может быть лучше доброй войны.

  • Подружитесь с Ротенбергами

    Результаты конкурса на строительство Центрального моста ещё не подведены официально, однако источники ЦДЖ в Новосибирске и Москве уже их обсуждают. Грант в размере 26 млрд сулят «Сибирской концессионной компании», представляющей интересы братьев Ротенбергов и Газпромбанка.

    Ещё немного, и скептики, считавшие, что Новосибирску не видать деньги на строительство четвёртого моста (в том числе и некоторые эксперты ЦДЖ), будут посрамлены. В Москве согласования по гранту из федерального бюджета проходят одно за другим. В Новосибирске своим чередом идут конкурсные процедуры. Высока вероятность того, что, в конечном счёте, окажутся правы те, кто ещё два года назад утверждал: весь проект с концессией по Центральному мосту был заточен под бизнес Ротенбергов.

    До недавнего времени перспективы проекта выглядели неубедительно, поскольку почти все финансовые ресурсы национального мостостроения были брошены на Керченский мост, в Крым. Кроме того, масштабная стройка на юге потребовала громадных человеческих и технических ресурсов. Теперь эти ресурсы постепенно высвобождаются. А Ротенберги, отличившись на Керченском мосту, могут переходить к региональным проектам.

    Изначально на конкурсе Ротенберги не были представлены напрямую. К участию были поданы три заявки – от ООО «Северо-Восточная магистраль» (аффилирована через учредителей с банком «Россия» Юрия Ковальчука), ООО «Новосибирская концессионная компания» (связана со структурой банка ВТБ) и ООО «Сибирская концессионная компания» (учреждённая ОАО «Сибмост» и Газпромбанком). Позже «Сибмост» уступил свою долю в пользу ООО «Производственная фирма ВИС», одного из крупнейших подрядчиков «Газпрома», которое формально контролирует топ-менеджер Ротенбергов Дмитрий Рябов.

    На вскрытии конвертов 7 августа стало известно, что ВТБ вышел из борьбы за концессию, не подав заявку. Ковальчук и Ротенберги считаются равновеликими фигурами в окружении Президента Владимира Путина. Но источники ЦДЖ единодушно ставят на победу «Сибирской концессионной компании».

    После утряски между правительством и Законодательным собранием, размер минимального контракта в рамках концессии уменьшился с 91 до 47 млрд рублей. Обсуждение было достаточно скандальным, как и его итоги. До последнего времени депутаты периодически поднимали вопросы, как так получилось, что в концессии были заложены «лишние» 44 млрд и кто за это должен ответить. Если поверить в то, что проект изначально был спланирован под Ротенбергов, напрашивается мысль – они на эти «лишние» деньги не претендовали. Иначе в Москве нашлись бы рычаги, чтобы прекратить споры вокруг проекта в Новосибирске. Кстати, посмотрим, как областные и городские депутаты будут комментировать связанные с Центральным мостом темы после выхода с каникул. Некоторые источники ЦДЖ утверждают, что после проявления реального интереса Ротенбергов на протестах будет поставлен крест (по крайней мере, в среде системных политических сил).

    «Сибмосту», скорее всего, воздастся за деятельное сотрудничество с «Производственной фирмой ВИС»: новосибирские мостостроители могут получить подряд на строительство от победителя конкурса. На подряды рассчитывают и другие местные компании, занимающиеся производством и поставкой стройматериалов, инфраструктурным строительством. Заметен интерес к проекту и в смежных отраслях. До сих пор бизнес-интересы Ротенбергов в Новосибирске не проявлялись. Теперь же, благодаря мосту, некоторые местные предприниматели надеются расширить интерес друзей Президента региону и сподвигнуть их на участие в других проектах. О том же нужно думать областным и городским чиновникам: ресурс по привлечению федеральных денег у Ротенбергов незаурядный, грех этим не воспользоваться.

  • Прокуратура принюхалась к Криводановке 

    Вокруг Кудряшовского свинокомплекса смыкается кольцо проверяющих. К областным чиновникам, ищущим источник вони, накрывающей город, подключилась прокуратура.

    Деловой и политический истеблишмент с большим интересом следит за развитием поисков источников вони, регулярно раздражающей новосибирцев и гостей нашего города. Собственно, из-за гостей история и получила официальное развитие. Напомним, что в связи с многочисленными жалобами пассажиров на неприятный запах генеральный директор аэропорта Толмачёво Евгений Янкилевич в конце июня обратился в областное правительство и межрегиональное управление Росавиации. «Учитывая, что значительная часть пассажирского потока, составляющего 4 млн человек в год, это приезжие из других регионов и стран, неприятный запах в аэропорту может формировать негативное впечатление о Новосибирской области с точки зрения вопросов экологии и заботы об окружающей среде», – говорилось в обращении Янкилевича.

    Но в большей степени гендиректора Толмачёво заботят соображения безопасности, потому что открытое складирование отходов привлекает грызунов и птиц. «Стоит отметить, что федеральными правилами использования воздушного пространства, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 11.03.2010 № 138, запрещено размещать в полосах воздушных подходов на удалении до 30 км, а вне полос воздушных подходов – до 15 км от контрольной точки аэродрома объекты выбросов (размещения) отходов, поскольку это ухудшает орнитологическую обстановку и угрожает безопасности полётов» – напомнил Янкилевич в своём письме.

    Обращение вызвало большой резонанс в СМИ и соцсетях. Горожане и жители соседних населённых пунктов (особенно в левобережье) горячо поддержали инициативу Толмачёво определить и ликвидировать источники вони. На бытовом уровне практически все считают, что причина неприятного амбре так или иначе связана с деятельностью Кудряшовского свинокомплекса в Криводановке. Ответственные работники предприятия утверждают, что это не так. Контролирующие чиновники должны установить истину. Но в коридорах власти видны признаки мандража. Свинокомплекс входит в бизнес-империю министра по делам открытого правительства РФ Михаила Абызова. Чиновники опасаются, что наезд на предприятие может вызвать чувствительную ответную реакцию.

    Две недели назад, когда Росприроднадзор выдал мэрии предписание закрыть Гусинобродскую свалку, в городской администрации гадали, не Абызов ли натравил контролёров на крупнейший мусорный полигон, чтобы указать на альтернативный источник вони? К тому времени при областном правительстве уже была сформирована специальная группа, обязанная точно определить источник вони. «Пока всё сводится к зоне действия Кудряшовского свинокомплекса. Но должна закончить работу межведомственная функциональная группа. Сейчас идёт оценка и формируется доказательная база», – сообщил журналистам глава областного департамента природных ресурсов и охраны окружающей среды Юрий Марченко на пресс-конференции 19 июля.

    Чиновник заявил, что решение проблемы должно быть найдено до конца года. Мягко говоря, перспектива не близкая. Особенно если вспомнить, что речь идёт не только о запахах, вызывающих, как выразился Марченко, «широкую гамму неприятных ощущений», но и о безопасности полётов в Толмачёво. Ускорить поиск решения может Новосибирская транспортная прокуратура. По сведениям ЦДЖ, ведомство запустило выездную проверку обращений по поводу размещения отходов в приаэродромной территории Толмачёво. Также в проверке участвуют представители Ространснадзора. Плановый срок завершения 1 сентября. Забрезжила надежда, что уже нынешней осенью источник городской вони, много лет отравляющий быт горожан, будет официально определён и ликвидирован. Вместе с этим, прояснится вопрос, не напрасно ли грешили на Кудряшовский свинокомплекс.